Андрей Носков летом не отдыхает. Звезда телесериалов «Кто в доме хоязин?» и «Мужчина во мне» вместе с братом Ильей репетирует несколько новых спектаклей, руководит театральным агентством, выходит на сцену, снимается в кино. Короче говоря, работает столько, что, возвращаясь домой, ему приходится восстанавливать баланс между жизнью и искусством.

Андрей Носков родился 9 сентября 1972 года в украинском городе Новая Каховка. В 1989-м окончил ЛГИТМиК, с 1993-го снимается в кино, дебютировав в «Проклятие Дюран» Виктора Титова. Тогда же познакомился со своей будущей женой Анастасией. В 1998-м поступил в труппу БДТ им. Товстоногова. С 2004-го владеет собственным театральным товариществом.
 

– Под занавес театрального сезона состоялись премьеры трех спектаклей с вашим участием – «Бестолочь», «Счастливый номер» и «Ванна из лепестков роз». Когда успеваете элементарно выучить текст?
– На самом деле репетирую я все время. Ведь это прежде всего размышление: придумывание характерных черт героя или ситуаций, которые потом воплощаются на сцене. Особенность профессии такова, что накопление информации идет постоянно и непроизвольно: когда я читаю или смотрю кино, я тоже, по сути, что-то репетирую.
– Успешно ли работает ваше собственное театральное товарищество?
– Сейчас у нас в репертуаре три спектакля: «Путешествие» по Станиславу Лему, в котором я участвую вместе с моим братом Ильей, комедия «Игры любви» и мой моноспектакль «Конец цитаты». Играем их в Петербурге, часто ездим на гастроли.
– Однако же на телевидение, например, времени у вас хватает...
– Когда-то я вел детскую передачу «Разноцветная собака» на Санкт-Петербургском ТВ, а сегодня – программу «Клуб юмора» на «ТВ Центре». Это интересный актерский опыт, я играю роль эдакого ироничного, энергичного обаятельного ведущего.
– Такой типаж особенно нравится женщинам бальзаковского возраста! Часто они в вас влюбляются?
– Честно говоря, это мешает, потому что я не всегда понимаю, на что реагируют женщины – на мужчину или на артиста. Хотелось бы, чтобы на мужчину… Но люди, которые влюбляются в известных личностей, должны понимать, что создали себе некий миф, что любят артиста из телевизора, о котором ничего не знают.
– Как реагируют сын Тимофей и дочь Глафира, видя вас на экране?
– Тимофей, которому 9 лет, уже привык. Ему даже не очень интересно. Он пару минут смотрит, а потом отвлекается на мультфильмы или игры. А Глафира – ей  два с половиной – еще удивляется, радуется, каждый раз громко кричит: «Папа, папа в телевизоре!»
– Признаюсь, что, когда смотрел документальный фильм «Спутницы великих. А. С. Пушкин: 113-я любовь» с вашим участием, едва не закричал: «Ай да Пушкин! Как живой!» Перечитывали перед этой работой Александра нашего Сергеевича?
– Конечно, перечитывал и его, и о нем, вспоминал работы коллег и, конечно, все равно не знал, как играть такую роль. Режиссер нашел хороший ход – это был почти теневой театр, работала мимика, голос, движение…
– Вы родились в Херсонской области Украины. На мове размовляете?
– Мову понимаю и очень люблю. Украинский язык красивый, певучий. Говорить, конечно, не могу. Но, надеюсь, приеду на Украину, воодушевлюсь, впечатлюсь, заражусь эмоционально – и заговорю.
– В Москве быстро адаптировались?
– Нет, Москва продолжает меня в плохом смысле удивлять рыночностью своих отношений, частым хамством, и все это в очень дорогой пафосной упаковке. Именно про эту грязь, скрытую за эффектной оболочкой, и рассказывал фильм «Глянец», в котором я сыграл пару лет назад.
– А сегодня играете в сериале «Мужчина во мне», который идет на канале «ТВ3». Так и вижу идиллическую картину: вы и ваши домашние сидите на диване и хохочете над собственными шутками.
– В то время когда сериал идет по телевизору, я нахожусь в павильоне на съемках следующих серий. А вот домашние, которые бездельничают на даче, с радостью в заветный час нажимают кнопку на пульте. Нельзя сказать, что они всегда рады, потому что мой герой, в общем-то, не очень хороший человек. Поэтому, приезжая домой, приходится восстанавливать баланс между жизнью и искусством.
– У вас самого есть внутренний советчик, как в сериале?
– Мои советчики – это умные, интересные люди. Но и про внутренний голос не забываю – от стольких ошибок он уже уберег!
– Где все-таки комфортнее – на сцене или в кадре?
– Играть в театре и сниматься в кино – это, в общем,  разные профессии. Театр сиюминутен, на сцене ты полностью открыт, и по большому счету никто не помогает держать внимание зала – ты должен быть интересен или… провал! Театр дает особый, ни с чем не сравнимый драйв. Но и кино я очень люблю. Поэтому и жаден до работы, если есть малейший актерский интерес. Нельзя объять необъятное, но я все равно хватаюсь за все.
– Надеюсь, не ради денег, и слово «алчный» – не про вас?
– Гонорар не имеет для меня решающего значения. Важен только актерский интерес. Денег все равно на все не хватит, а вот успеть сыграть как можно больше достойных ролей – есть смысл постараться. Вот я и стараюсь, пока есть силы, возможность и интерес к профессии. Надеюсь, у меня это неплохо получается.